БОЛЬШАЯ РАЗНИЦА. ЗА КАКИЕ ЗАСЛУГИ ПОДНЯЛИ СЕБЕ ЗАРПЛАТУ РУКОВОДИТЕЛИ НАЦБАНКА

БОЛЬШАЯ РАЗНИЦА. ЗА КАКИЕ ЗАСЛУГИ ПОДНЯЛИ СЕБЕ ЗАРПЛАТУ РУКОВОДИТЕЛИ НАЦБАНКА

НБУ продолжает издеваться над общественным мнением: принято решение увеличить должностные оклады членам правления регулятора. «ДС» решила разобраться, за какие заслуги.

И до повышения зарплата у руководителей Нацбанка была далека от минимальной. Отныне же исполняющий обязанности Яков Смолий будет получать 241 тысячу, а его заместитель, Екатерина Рожкова 230 тысяч. В месяц, не за год. В качестве утешительного приза пресс-служба НБУ поспешила заверить общественность, что отпускной глава Нацбака Валерия Гонтарева ничего не получит на этом празднике жизни: сама виновата, зачем было в отпуск за свой счет уходить.

Сторонники больших окладов в качестве аргументов в основном приводят следующие. Без высоких зарплат невозможно привлечь в государственный сектор управления квалифицированных специалистов. Под последними подразумеваются люди, имеющие опыт работы в бизнесе, с хорошим образованием и знанием иностранных языков. Кроме того, если не платить высокие зарплаты, чиновники будут воровать. Противники зарплатных ведомостей с большим количеством нулей в ответ парируют, что чиновники должны разделять судьбу своего народа, иначе они никогда не почувствуют на своей шкуре результаты собственных реформ.

Подобная точка зрения тоже имеет право быть, ведь как иначе понять, что такое девальвация национальной валюты, если у тебя всегда есть возможность в два раза увеличить свою зарплату?

К сожалению, не Нацбанком единым взращивается нынче «жаба» национальных масштабов, которая «душит» миллионы граждан. В лидерах тут государственная компания НАК «Нафтогаз Украины» руководитель которой получает в месяц более миллиона гривень, благо, рыночная цена на газ для населения позволяет. И это без надбавок и «молока за вредность». Может ли государство позволить себе платить подобные зарплаты? Ведь, чтобы накопить подобную выплату, необходимо собрать подоходный налог с почти двух тысяч человек, работающих на минималке. Не самый маленький райцентр должен «попыхтеть», например, Козелец…

За первые три месяца этого года вознаграждение членов правления национализированного Приватбанка составило 13 млн грн. Стоит ли говорить, что в правлении трудятся не сотни людей, так что поделить получилось «по-честному».

А как с денежным довольствием в цивилизованном мире? Если зайти на сайт Федеральной резервной системы США, то можно узнать, что на 2017 год зарплата главы ФРС установлена в размере $199,7 тыс., а членов совета, включая заместителя председателя, в размере $179,7 тыс. Стоит напомнить, что у американцев обычно указывают зарплату до налогообложения и отчисления взносов в различные страховые фонды (там принято считать, что это сам гражданин финансирует государство своими налогами, накапливает себе пенсию и оплачивает медицинскую страховку, а вовсе не работодатель и не мифический государственный бюджет). Так что чистыми члены совета ФРС получают не намного больше, чем руководители НБУ.

Смешно сравнивать масштаб первого и второго регулятора (ФРС и Нацбанка).  Да и качество работы этих чиновников невозможно сопоставить — нет в природе такого «транспортира». Гринспен, Бернанке — монетаристы с мировым именем. Джордж Акерлоф, лауреат Нобелевской премии по экономике (2001) «за анализ рынков с несимметричной информацией», муж действующего главы ФРС Джанет Йеллен. Ну а номинация Гонтаревой на звание «лучшего руководителя центробанка» отвечает лишь воображению одного высокопоставленного почитателя ее таланта.

Кстати, весьма показательно сопоставление зарплаты руководителей ФРС с аналогичными показателями основных групп работников. В 2017 году средняя годовая зарплата административного персонала в США составила от $23 до $48 тыс.; маркетолога — от $31 до $106 тыс.; аудитора — от $25 до $71 тыс.; медсестры — от $42 до $82 тыс.; полицейского — от $30 до $81 тыс.; инженера — от $47 до $86 тыс.; IT-менеджера — от $46 до $127 тыс.; электрика — от $29 до $80 тыс.

Как видим, Джанет Йеллен вряд ли сильно завидуют американские трудящиеся.

Почему, в таком случае, в США жены нобелевских лауреатов и просто умные женщины готовы трудиться на благо родины за умеренную зарплату, а украинские — только при условии, что слишком далеки они будут от народа?

Дело в том, что работу в таких структурах как ФРС, Госдеп, Минфин, американцы воспринимают как уникальную имиджевую лотерею, выигрываемую раз в жизни. Поработав примерно пять лет на государство, они с успехом могут заняться консалтингом, преподавать в университетах, работать в частных компаниях и зарабатывать в десятки раз больше. Обогащаться на государстве в США не принято. С нашими чиновниками сложнее. Взять тот же Нацбанк. Вряд ли после работы в НБУ они смогут получать в частных банках подобные зарплаты, да и банков сейчас не так уж и много, а безработных банкиров как раз наоборот, особенно топ-менеджеров. Их лекции и консультации тоже никого не заинтересуют: разве что на тему, как уничтожить банковскую систему за один год и втрое обесценить национальную валюту.

Конечно, остается надежда на бизнес, который можно капитализировать, используя аффилированные связи и инсайдерскую информацию. Но делать это становится все страшнее и страшнее. Вот и получается, что единственный выход — это рвать родное государство по полной программе: зарплатами, льготами, спецпенсиями (у судей), званиями, бесплатными квартирами….

Упование же на то, что чиновник с большой зарплатой будет меньше красть, — это не более чем милая наивность. Возьмем зарплату в десять тысяч долларов (в эквиваленте) и сравним с их образом жизни. Дом на пятьсот квадратов, 3-4 машины на семью, несколько квартир в Киеве, возможно, недвижимость за рубежом (на Кипре и/или в Праге), часы и прочий реквизит, долженствующий продемонстрировать окружающим, что жизнь удалась… На это десятки в месяц не хватит. Так что воровать будут, и много. Жадность невозможно погасить щедростью. Единственное, что может остановить эти «именины сердца» — это неотвратимость наказания. А с этим пока не сложилось.

Хотя, пожалуй, если оставить чиновника на минималке, то он будет стараться воровать даже под присмотром видеокамер: голод заставит.

Поэтому система вознаграждения работников государственной сферы должна строиться на трех базовых принципах: рыночные условия оплаты труда, конечный результат и социальная справедливость.

Зарплаты, которые сейчас устанавливаются в Укрпочте, Укрзализныце, НБУ, государственных банках, назвать рыночными нельзя. В украинских реалиях, естественно. Рыночные условия, скорректированные на совесть — это зарплата до пяти тысяч долларов в месяц в эквиваленте. Конечный результат — это либо прибыль, либо качественные показатели. Например, не выполнена цель по инфляционному таргетированию — депримирование в размере оклада в конце года. Часть прибыли государственных предприятий можно направлять на премирование сотрудников, но только всех, а не исключительно руководителей. Да и с определением величины прибыли нужно быть осторожными. Наши умельцы способны рисовать прибыль в балансе не хуже чем Попандопало рисовал деньги в херсонских степях. Что касается социальной справедливости, то в цивилизованном мире принято считать, что оптимальное соотношение между средней и максимальной зарплатами должно составлять не более чем один к десяти.

То есть если в Киеве средняя зарплата приближается к 9-10 тысячам гривень в месяц, то максимальная зарплата в государственном секторе должна не превышать 100 тысяч гривень.

Таким образом, повторимся, оптимальная вилка зарплат для государственных топов должна варьироваться в пределах $3-5 тыс. в эквиваленте. Конечно, и такой зарплате станут завидовать, но здесь хотя бы будут соблюдены некие базовые критерии. Пока же цифры в штатном расписании как бы ограничиваются лишь чувством меры руководителей, то есть де-факто ничем.

К сожалению, сейчас работа в госструктурах все больше напоминает синекуру для нужных людей, которым для официального подтверждения источников оплаты чеков в ресторанах и обязательных платежей позарез нужна большая легальная зарплата. Плюс подрастает молодая поросль «шляхты», которая умственно не созрела для работы за границей, а работать где-то надо.

Related posts